lion_man | Этот прекрасный день.

Мой сегодняшний день:
1) Московский дом фотографии;
2) книжный магазин "Панглосс";
3) театр имени Вахтангова.

1) После того, как я с трудом проснулся (см. предыдущий пост), получаю смс от одногруппницы: дескать, Лёва, пошли в Дом фотографии. С трудом оторвав себя от простыни, я побрёл принимать душ, и через 40 минут мы уже шли в Дом фотографии на выставку под названием "Роберт Мэпплторп и классическая традиция: фотографии и гравюры маньеризма". Если честно, не могу сказать, что мне очень понравилось... Но: он совершенно фантастически снимал цветы на ч/б и был там один снимок женской обнажённой натуры, который запомнился. Вверху этой фотографии модель абсолютно белая, видимо, напудренная, но ниже свет меняется, появляется тень, и само тело меняет цвет: Мэпплторп чем-то намазал эту старушку. И получилось у него, надо сказать, здорово!
Моя одногруппница, добрейшая душа, каких на свете мало, местами смущалась (невинная душа, каких на свете мало), что не мешало ей периодически материться (матерщинница, каких на свете мало). "Лёва, это так надо, чтобы между двумя цветками находилась чёрная ж...?" Но, Олесенька, чёрные ж... надо ещё уметь так технично снимать!
После Мэпплторпа мы заглянули на другую выставку: инсталляции и специальные проекты в рамках фестиваля Московская биеннале современного искусства. До сего дня я довольно скептически относился к инсталляциям. Но одна из них меня убрала.
Тёмный зал, разделённый на две части. Абсолютная тишина. Два экрана в разных частях зала. На одном из них сначала происходит какое-то непонятное движение - чёрная масса на белоснежном фоне. Вглядевшись, можно различить огромное количество людей, идущих по кругу. Через некоторое время они начинают расходиться в разные стороны. Есть такое выражение: экзистенциальный ужас. Так вот, это то, что я испытал, глядя на экран. И, как выяснилось, именно это имела в виду автор из Израиля (как всегда забыл имя...). Больше ничего не скажу. Это надо видеть. Я пойду ещё раз.
После посещения самой экспозиции я сделал себе подарок: купил альбом открыток с фотографиями Родченко. Прекрасное издание!!! Очень-очень доволен. Обожаю Родченко. А теперь ещё обожаю Московский дом фотографии. И избавился от скепсиса по отношению к инсталляциям.

2) Около получаса мы с одногруппницей бродили кругами в поисках магазина иностранной литературы "Панглосс". На 31-ой минуте было решено позвонить нашей общей француженке и выяснить адрес. Выяснилось, что всё просто: это Пречистенка. 50 метров от метро "Кропоткинская" по правой стороне. Рекомендую.
Что мы увидели: две крохотные комнаты, освещаемые двумя небольшими окнами. Всё завалено книгами, как во время неряшливого переезда. Литература на многих языках. Заказывают то, что "захотят заказать". Услышав, как работница магазина говорит по телефону сначала на ПРЕКРАСНЕЙШЕМ французском, а потом на ПРЕКРАСНЕЙШЕМ испанском, мы поняли, что место это очень серьёзное, а не какое-то сборище снобов.
В этом магазине нет всего, что душе угодно, но зато всё можно заказать. Хотя деньги при этом придётся выложить, по-видимому, немалые: цена книги + транспортировка.
Увидев Дюрренматта в оригинале и рекламу его немецких изданий (19 книг пьес и 18 книг прозы), я понял, что если не выучу немецкий, жизнь проживу зря.

3) На вечер был запланирован "Ревизор" в театре Вахтангова. Распрощавшись с Олесей, я пошёл убивать время с помощью прогулки по Арбату. Печальное зрелище, надо сказать... Ничего интересного там уже не осталось...
В театр пошли втроём: мой отец, его старый друг и я. По инициативе друга отца. Это феноменально интересный человек. У него 2 образования: режиссёрское и театроведческое. Он знает ВСЁ о кино, театре и литературе.
Познакомились они в СЭВе, где работали в протокольном отделе. Работу, конечно же, ненавидели, но время было такое... Лёха Табунщиков (тот самый друг отца) отвечал за СЭВовскую культуру. Поэтому в ТЕ времена у этой парочки был доступ ко всему. Пример: в 1985 году дядя Лёня (это он для меня так) выписал из Югославии свеженький фильм малоизвестного режиссёра Эмира Кустурицы "Папа в командировке", который на совковый экран ни за что не пропустили бы. В общем, про закадычных друзей можно порассказать много интересного, но это уже совсем другая история. Дело не в этом.
Итак, "Ревизор". Это ужасно. Ужасно потому, что не надо пытаться возвыситься над гениальным и искать новые прочтения того, что в них не нуждается. Гоголь написал ВСЁ. А лишние чёрточки там ни к чему.
Литовские постановщики, художники, композитор устроили, по словам моего отца, диверсию. Я согласен. Потому что испортить можно по-разному. Но иностранцы, делающие попытки рассказать о русском народе с помощью брезентовой церкви и разбрасывания картошки по сцене, саавсем не правы.
В спектакле играют прекрасные актёры: Маковецкий, Максакова (городничий и Анна Андреевна), великолепнейший Хлестаков (молодой артист Макаров)! Но режиссёры зажимают их в никому не нужные идиотские рамки, просто душат их. Им нечего играть... Хотя когда появился Хлестаков, я уж было подумал, что всё наладится по ходу действия, - уж очень он хорош. Но потом игра его стала монотонна и модуляции исчезли напрочь. Режиссёр смог загубить и его. А городничий совсем однообразен. Как пономарь...
Но любой опыт - это опыт. Спасибо дяде Лёне!

...Вывод: это был на редкость прекрасный день. Я на таком подъёме! То, что было очень нужно...